Даже пустующий дом в Англии может стать формальным поводом, чтобы с владельцем судились в местном суде


Здание суда The Royal Court of Justice в Англии Фото Getty Images
Раньше у россиян, купивших в свое время недвижимость в Великобритании, чтобы перевезти туда семью, но при этом продолжавших жить и работать в России, были иллюзии, что английское правосудие не дотянется до их российских дел. Теперь становится на 100% понятно, что даже редкие визиты в Лондон могут быть чреваты получением повестки в английский суд

28 июля 2017 года Высокий суд Англии и Уэльса решил, что имеет право разрешить по существу спор двух российских граждан: Руслана Бестолова и Симана Поваренкина, касающийся их совместных дел в России. Нынешнее дело вызывает интерес тем, что Поваренкин, ответчик по иску, большую часть года жил и работал в России, приезжая в Лондон лишь время от времени к жене и детям, которые жили в Англии в течение учебного года.  

Это далеко не первый случай, когда английские суды принимают к рассмотрению споры, возникшие на территории России, – достаточно вспомнить громкие судебные процессы по искам Бориса Березовского к Роману Абрамовичу (Березовский с треском проиграл), Михаила Черного к Олегу Дерипаске (стороны подписали мировое соглашение). Были и другие, менее громкие дела.

» style=»display: none»>

Вручение ответчику судебных документов – краеугольный камень английского гражданского процесса. Борис Березовский лично прорывался к Роману Абрамовичу через кольцо охраны в лондонском универмаге, чтобы вручить иск со словами: «У меня для тебя подарочек!» Абрамович тогда убрал руки за спину и бумаги упали на пол, но это не помогло – суд посчитал, что документы были вручены надлежащим образом. Оставить документы на пороге лондонского дома, когда хозяин в отъезде, нельзя – английские процессуальные нормы требуют получать отдельное разрешение суда на вручение документов ответчику за границей. Однако в случае с Поваренкиным истцу такого разрешения получать не потребовалось – документы были лично вручены ответчику в один из его визитов в Лондон к семье. Он этого не отрицал.

До начала рассмотрения иска по существу суд должен был установить, является ли ответчик резидентом Великобритании. От этого напрямую зависит, подлежит ли спор рассмотрению в местных судах и имеют ли право адвокаты ответчика заявить, следуя доктрине «неподходящего суда» (forum non-conveniens), что российские суды являются более подходящим местом, чем английские, для разрешения спора, возникшего на территории России.

По результатам разбирательства английский суд постановил, что факт нахождения жены и детей ответчика в Англии в течение учебного года и наличе в Лондоне у семьи ответчика недвижимости негостиничного типа (квартиры, используемой для длительного проживания) является достаточным основанием для признания ответчика местным резидентом.

Сказал ли английский суд что-то новое данным решением? Нет, он лишь применил правила, созданные прецедентами многолетней давности. Попробуем на нескольких примерах – судебных прецедентах, упомянутых в нынешнем решении, разобраться, когда и почему вы можете стать резидентом Англии с точки зрения суда.

В деле 1904 года Купер против Кадвальдера (Cooper v. Cadwalader), суд разбирал спор между неким Купером, шотландским налоговым инспектором, и Джоном Кадвальдером, американским адвокатом, именным партнером одной из известнейших нью-йоркских юридических фирм Cadwalader, Wickersham & Taft LLP. Истец утверждал, что хотя ответчик не является собственником, а лишь арендует дом в Шотландии и проживает там лишь пару месяцев каждый год в сезон охоты, он тем не менее является местным резидентом для целей налогообложения поскольку теоретически имеет возможность проживать в доме и в любое другое время года. Суд признал Кадвальдера резидентом обеих стран.

В деле 1926 года Ловенштейн против де Салиса (Lowenstein v. de Salis), суд постановил, что г-н Ловенштейн, бельгиец, в основном проживавший у себя на родине, тем не менее являлся резидентом Великобритании с точки зрения английского судебного процесса. Г-н Ловенштейн, как и Джон Кадвальдер, был страстным любителем охоты на лис и несколько лет подряд приезжал в Англию в охотничий сезон, останавливаясь в небольшом охотничьем домике, принадлежавшем компании, где он владел большинством акций. И хотя домик не был предназначен для постоянного проживания, а сам г-н Ловенштейн не являлся его владельцем (в 1926 году о доктрине «прокалывания корпоративной вуали» еще не очень задумывались), тем не менее, он имел возможность приезжать и жить там в любое время по своему усмотрению, а значит, мог быть признан резидентом.

В 1928 году в деле по иску г-на Левина (сборник прецедентов не сохранил его полного имени – только инициалы Л.Н.) против налоговой службы (Levene v IRC), суд установил, что г-н Левин уехал из Великобритании по совету врачей в 1919 году с намерением постоянно жить за границей, однако продолжал приезжать на острова по различным делам примерно на 5 месяцев каждый год вплоть до 1925 года. Суд посчитал его резидентом Великобритании.

В том же 1928 году в деле по иску налоговой службы к г-ну Лайсо (IRC v Lysaght), суд постановил что хотя ответчик, постоянно живший в Ирландии, проводил в Англии суммарно менее 3 месяцев в году, приезжая по делам и останавливаясь в отеле каждый раз не более чем на неделю, он мог, тем не менее, c учетом всех обстоятельств дела, быть признан резидентом.

Современные судебные решения подтверждают, что не обязательно жить в Англии постоянно или хотя бы большую часть года, чтобы приобрести там статус резидента.

В деле 2006 года с длинным названием Фут Кон энд Белдинг Реклим Хизметлери против Терона (Foote Cone and Belding Reklim Hizmetleri v Theron) ответчик владел домом в лондонском пригороде Кингстон, приезжая туда примерно на неделю каждый месяц. И хотя большую часть времени ответчик проводил за пределами страны, это не помешало английскому суду признать его резидентом Англии.

В 2010 году в деле по иску Варсани к Релфо Лтд (Varsani v. Relfo Ltd) суд установил, что ответчик проживал и работал в Кении. При этом жена и дети ответчика постоянно проживали в собственном доме в Англии. Ответчик регулярно посещал их несколько раз в год, когда был свободен от работы. Таким образом этот дом был «семейным домом» Ответчика, а он, соответственно, резидентом Англии.

Однако, в истории английского правосудия были и случаи когда ответчиков не признавали резидентами Великобритании несмотря на наличие недвижимости в Лондоне и регулярные визиты. Например, английский суд не признал резидентства за Олегом Дерипаской (дела High Tech International AG and others v Deripaska и Cherney v Deripaska), несмотря на то что у ответчика имеются два дома в Великобритании, постоянно готовые к проживанию. Суд счел, что с учетом образа жизни Дерипаски (постоянные перелеты, наличие недвижимости во многих странах, посещение Лондона отдельно от семьи), он не может быть признан резидентом Великобритании.

Таким образом, мы видим, что английское право трактует понятие «резидентство» гораздо шире, чем понятия «гражданство», «вид на жительство», «постоянное проживание» или «проживание большую часть года». А стать резидентом Великобритании инострацу, не проживающему там постоянно, гораздо проще, чем может показаться на первый взгляд.

Читайте также: От Лондона до Куршевеля: восемь локаций, где вершилась судьба участников списка Forbes

Источник