Главные вызовы 2017 года: дефицит профессионалов и дефицит морали


Фото REUTERS / Ilya Naymushin
Что изменилось на рынке труда в 2016 году, станет ли он в 2017 «рынком кандидатов» и кому в новом году будет легче всего найти работу

Рынок труда подобен многоэтажному зданию, на каждом уровне которого идет своя жизнь. Этажи в разной степени «проницаемы»: например, с уровня, на котором работают «голубые воротнички», трудно проникнуть на уровень топ-менеджеров зарубежных компаний. Часть этих этажей занимают коммерческие предприятия с российским и зарубежным капиталом. Они нередко обращаются за помощью к рекрутерам, чтобы набрать (а иногда и грамотно сократить) персонал, и наиболее «прозрачны» для соискателей и консультантов.

Что же происходило в этих компаниях в 2016 и стоит ли в них строить карьеру в 2017 году?

Импортозамещение и кадры

Санкции открыли некоторые возможности, воспользоваться которыми пока не удалось.

» style=»display: none»>

Например, импортозамещение должно было дать толчок рассвету сельскохозяйственного производства. Но расцвет — увы — так и не состоялся, и в немалой степени из-за дефицита квалифицированных кадров в этой сфере. Нехватка кадров в сельском хозяйстве превышает 89%, причем в ближайшее время этот дефицит вряд ли удастся восполнить: 95% выпускников сельхозвузов до сих пор идут работать не по специальности. Сегодня аграрному сектору требуются высококвалифицированные менеджеры и специалисты с опытом работы и глубоким знанием предметной области. Не найдя их на нашем рынке, работодатель готов их привозить отовсюду и предлагать и огромные зарплаты. К сожалению, опыт работы в сельском хозяйстве не приобретается за 1-2 года, а смежных профессий, из которых могли бы прийти новоиспеченные аграрии, тоже нет. Так что расцвет российского аграрного сектора можно уверенно отложить лет на пять.

Немного лучше дела обстоят в фармацевтике. Здесь тоже взят курс на локализацию производства, клинические испытания и регистрацию массы препаратов, которые до сих пор привозились из-за рубежа. Регистраторы и специалисты по клиническим испытаниям есть, но их катастрофически не хватает, поэтому немалые возможности для развития карьеры открываются перед вчерашними медиками и фармацевтами, которые готовы за зарплату в 100-150 тысяч рублей овладеть новой профессией.

В индустриальном сегменте появилась масса новых профессий, связанных с экологией, качеством, бережливым производством и локализацией. Вот только ехать на такую работу высококвалифицированным профессионалам предлагают за тридевять земель. При этом от кандидатов требуется хорошее образование и опыт, а также английский язык — ведь всем премудростям придется учиться у иностранных менеджеров или за рубежом. И опять приходится тасовать ту же колоду специалистов, что уже есть на рынке — перевозить из Москвы в Тобольск, из Калуги в Хабаровск. И снова — платить немалые деньги, иначе не переманишь сильного профессионала.
А вот на рынке IT мобильность уже не знает границ. Наших программистов и разработчиков охотно перевозят в другие страны, многие иностранные IT-компании открывают хабы в России. А айтишники вообще предпочитают работать из дома или на берегу океана, и теперь у них такая возможность есть. Тебе предложат массу вариантов, если ты специалист по языкам PHP и Java или имеешь хороший опыт в области мобильной разработки.

Как изменится найм

Можно подумать, что рынок стал кандидатским, но это пока не так. Скорее всего, на новом месте работы вам вряд ли предложат зарплату выше нынешней больше, чем на 20%. Многим приходится искать работу долго, в некоторых случаях до года. Поэтому, если вас будут сокращать — сидите до последнего, чтобы получить в полном объеме выходное пособие.

Одна из последних тенденций — цена ошибки при найме сильно возросла. Ведь нанимать человека со стороны — это значит инвестировать в его компенсацию, обучение, период адаптации. Поэтому, чтобы быстро и удачно трудоустроиться, кандидат должен обладать гораздо большим спектром достоинств, чем требовалось раньше.

Программист, который хочет работать в крупной западной компании, должен закончить профильный и статусный ВУЗ с высоким средним баллом, а лучше — получить дополнительное образование по профилю работы. Финансисту нужны аттестаты. Юрист должен быть выпускником только одного из пяти университетов страны. Медицинский представитель должен уметь водить машину с механической коробкой передач.

Нужно быть универсальным солдатом. Наряду с глубоким знанием своего предмета необходимо обладать значительным потенциалом роста и обучения, быть сильным командным игроком, а еще лучше — лидером, готовым делиться экспертизой, но не соперничать с начальством. Вот тогда можно претендовать на высокую компенсацию, интересную роль и карьерные перспективы.

Понятно, что таких уникумов мало, поэтому в уходящем 2016 году работодатели изменили отношение к собственному персоналу. Все чаще сотрудники приходят увольняться, а уходят с двукратным повышением зарплаты и должности. Контр-предложения стали общим местом, и к сожалению, способом манипуляций для многих кандидатов: нередко, получив предложение от нового работодателя, они используют его для того, что «раскрутить» нынешнего на лучшие условия. Явный признак снижения рабочей этики.

Кого готовы будут покупать в 2017 году

Есть специальности, где потребность в кандидатах всегда превышает предложение, и такие специалисты традиционно находят работу довольно быстро. Это, в первую очередь, продажники. Они нужны всегда и тем сильнее, чем слабее покупательная способность населения. Медицинские представители, продавцы в сферах В2В и В2С были сильно востребованы в 2016 году. Однако продажи сегодня активно уходят в виртуальное пространство, поэтому специалисты в области электронной коммерции в 2017 году, скорее всего, обгонят по популярности обычных продавцов.

Кроме того, на смену количественному росту в компаниях приходят качественные структурные изменения, направленные на оптимизацию и повышение эффективности. Планирование, закупки, контроль издержек, бережливое производство, автоматизация бизнес-процессов — всё это требует грамотных специалистов, которых наши вузы не готовят и в ближайшие 10 лет не научатся готовить. Их обучают на рабочем месте одни работодатели, а потом перекупают другие.

В 2016 году динамика переходов замедлилась, а усилия по удержанию кадров стали более изощренными. Это неизбежно приведет к тому, что уже через год рынок труда в сегменте зарубежных и российских коммерческих компаний станет «кандидатским».

Дефицит всего

На рынок труда в целом влияют самые разнообразные проявления дефицита, которые особенно обострились за последний год. Вот лишь некоторые из них:

• Нам не хватает денег — бюджет страны остается дефицитным.
• Нам не хватает людей — с 2010 по 2020 год численность населения трудоспособного возраста уменьшится на 7 миллионов человек.
• Нам не хватает рабочих рук в жизненно важных отраслях: в промышленности и в сельском хозяйстве дефицит составляет более полутора миллионов человек.
• Нам не хватает рабочих мест для людей с высшим образованием: 66% тех, кто ищет работу, имеет законченное высшее образование. И как результат — 14% охранников, водителей, продавцов магазинов — люди с высшим образованием!
• Нам не хватает мобильности — большинство технопарков, расположенных вдали от крупных городов, не могут обеспечить необходимых специалистов устраивающей их инфраструктурой.

Рабочая этика и дух авантюризма

Дефицит всегда порождает изобретательность, порой граничащую с авантюризмом. Недавнее исследование KPMG показало, что 56% злоупотреблений в российских компаниях, связанных с воровством, получением взяток и искажением финансовой отчетности — дело рук руководителей и членов совета директоров. Каждая четвертая отечественная компания за последние два года потеряла из-за злоупотреблений более 1 миллиона долларов. По данным KPMG, типичными мошенниками являются мужчины 36-45 лет с высшим образованием, проработавшие на руководящей позиции более шести лет. И самое удивительное — большинство вороватых менеджеров не привлекались к суду, в каждом шестом случае даже не увольнялись, а если и покидали свою работу, то благополучно всплывали на новом месте на высокой позиции.

Терпимость к нарушениям закона приводит к тому, что снова возрождается теневая экономика или «неформальная занятость». За 2016 год она охватила 25% населения России. Поэтому тренд 2016 года, который вряд ли изменится в 2017 году — это готовность сотрудников получать зарплату (или часть зарплаты) в конверте и желание работодателей таким образом её выплачивать. 47% из тех, кто сейчас активно ищет работу, (по данным портала SuperJob) предпочитает «серую» форму компенсации (в 2001 году их было чуть больше 30%) официальной зарплате. Ничего удивительного — 85% россиян в 2016 году недовольны размером своей заработной платы.

Для работодателей выплата компенсаций в конвертах — это не только возможность уменьшить налоговое бремя, но и главный способ экономии и удержания ценных кадров. В нашей стране уровень официальной безработицы невысок не только потому, что мало кто регистрируется на бирже (только 15% людей верят в то, что получат от государства помощь в дальнейшем трудоустройстве). Но еще и потому, что официальная часть зарплаты, которая выплачивается по ведомости и облагается налогом, может быть не выше МРОТ (7500 рублей), что не очень обременительно, а вот основная (переменная в конверте) может и не платиться вообще. В итоге работники «как бы» работают, не попадая под сокращение, но не получают компенсацию в полном объеме.

Теневая экономика пронизывает все этажи рынка труда — где-то больше, где-то меньше, но терпимость к ее проявлениям — это тенденция всеобщая. Именно она мешает преодолеть коррупцию, которая разъедает нашу экономику и существенно влияет на характер производственных отношений.

Дефицит профессионалов и дефицит морали — вот два главных вызова для нашего общества на ближайший год. Или годы?

Источник